Главная     Контакты     Авторские права     Карта сайта     Скачать!!!

Содержание:
  1. Хулиган

  2. Лабух

  3. Студент

  4. Электрик

  5. Уроки физики

  6. Болгария

  7. Кристаллография

  8. Радиокомпонента

  9. Циклон

  10. Алматы

  11. Казахстан

  12. Московские
    истории

  13. Сказ о Циклоне

  14. Инвертор/сценарий

  15. Алексей


Мальчик любит музыку


ЦДРИ - Центральном доме работников искусств

Захиляли мы на хату неплохую,
Там берляли и киряли зачастую,
Саксофон там пел и плакал,
А ударник да стильный лабух
Модно палочки кидал.
Песня лабуха.





ЦДРИ - Центральном доме работников искусств.

В симфоническом оркестре ЦДРИ (Центральном доме работников искусств), в соответствии с генеральным планом размещения музыкантов, недалеко от места расположения валторн, располагалась ударная группа. К ударным инструментам относится любой инструмент, по которым для извлечения звука надо стукать, но при этом у этих инструментов не должно быть струн, то есть цимбалы и рояль не ударные инструменты.

Самое распространенноее это литавры, барабаны, бонги, трианги и тарелки, но есть инструменты и похитрее. Музыкант-ударник должен уметь играть на всей этой разнокалиберной смеси. В нашем оркестре тоже был ударник и не один, а несколько. Так вот надо же было такому случиться, что: во-первых, один из ударников была девушка, во-вторых, эта девушка была молода и симпатична, и в-третьих, эта девушка сидела в оркестре совсем недалеко от меня. Скоро у нас с этой девушкой возник взаимный интерес. Звали эту девушку Люба, и училась она в консерватории по классу ударных инструментов.

Я оказывал Любе всяческие знаки внимания. Например, перед началом репетиции я подходил к гобою и настраивал свой инструмент. Затем я подходил к Любиным литаврам и, выяснив какие две нотки есть в ее партии, настраивал ее литавры, сверяясь по своей валторне. Люба была скромной девушкой и, на мои предложения отужинать в ресторане, согласилась не сразу. Я тогда учился в девятом классе средней школы, и был основательно востребован, как лабух. То есть деньги на такое мероприятие у меня были.

В ресторан мы с Любой пришли не к самому открытию, и свободный столик оказался только рядом с подиумом оркестра, то есть практически у всех на виду. Я посадил Любу лицом к оркестру, а сам сел к ним спиной. Начало вечеру было положено. Я даже затеял с Любой взаимно интересный разговор о музыке, но вскоре начал играть оркестр и мы перешли на язык жестов.

Жесты могут быть руками, а могут быть и движениями морды лица. Язык жестов довольно интернационален, а Люба как раз жестами и мимикой показывала свое отношение к качеству исполняемой музыки. Я ее поддерживал, и нам было очень смешно. Единственное, чего я не учел, так это то, что музыкантам наш мимический диалог был тоже понятен.

Неудивительно, что в свой перерыв они пришли с нами разбираться или хотя бы набить мне морду. Когда они подошли, то, к моему удивлению, Люба взяла инициативу в свои руки и все, что мы говорили друг другу жестами, сказала вслух на специфическом музыкальном жаргоне.

Я понял, что сейчас набьют морду Любе и некстати вякнул, что кулаками доказывают правоту только дебилы, а музыканты ведут спор на сцене. Тогда их главный ткнул пальцем в Любу и сказал: «Сбацай что-нибудь по блюзу, если сможешь». К моему удивлению, она с радостью согласилась.

Люба забралась на сцену села на место ударника и подтянула к себе все ударные инструменты:

- Большой барабан – на нем играют колотушкой приводимой в действие ногой;
- Малый барабан – на нем играют палочками;
- Два бонга – на них играют пальцами рук;
- Чарльстон – две тарелки, смыкающиеся от ножной педали;
- Тарелка – на ней играют металлическими щеточками или барабанной палочкой;
- Два триангла – треугольная железка, по которой бьют гвоздем.

Люба взяла в руки две палочки, две щеточки и гвоздь и стала ими жонглировать. Не прекращая жонглировать этими предметами, она, сидя на стуле, двумя педалями большого барабана и чарльстона стала отбивать ритм. Затем, продолжая жонглировать, она, в те моменты, когда предметы находились в руках, стала ударять ими во все многочисленные ударные. А когда в ее руках никаких предметов не было, то есть они были в воздухе, то она играла на бонгах.

Все это вместе складывалось в очень сложный ритмический рисунок, который она повторяла с вариациями. У меня, как и у всех, сидящих в зале просто отвисла челюсть. Люба – стройная изящная девушка меньше всего была похожа на матерого лабуха. Когда она закончила, то весь зал ресторана разразился овациями, а состав оркестра моментально забыл, из-за чего занялся сыр-бор.

Все оркестранты стали наперебой приглашать ее в этот кабацкий оркестр. Лабухи напрочь испортили нам вечер. Интима никакого, но я как привязанный сидел за столом, чтобы оплатить ужин. Люба ушла, не дожидаясь меня, а Лабухи, расстроенные ее уходом еще больше чем я, предложили мне играть в их оркестре на трубе. Так Люба на полгода пристроила меня лабать кабак.( См. термины.)

Оборвалась моя кабацкая деятельность довольно странно. Под Новый Год в этот кабак, он назывался ресторан «Яхта», пришли выпить и закусить учителя моей школы. Они уже довольно много «приняли на грудь», когда заметили в составе оркестра меня. Один из них подошел и попросил меня уйти, на что я ему резонно заметил, что это они здесь оттягиваются и могут уйти, когда хотят, а я здесь на работе.

На следующий день в школу вызвали мою маму. Директор хотел меня таким образом наказать, а на самом деле только озлобил. Моя мама была удивительной женщиной, которая всю свою жизнь прожила в мире красивых грез. К ней не липла никакая грязь. Когда кто-нибудь делал гадости, она страшно удивлялась и старалась найти какие-то исключительные обстоятельства, которые заставили этого милого человека поступить так низко.

Короче говоря, я всю свою жизнь старался оградить маму от непорядочных людей, которые пытались влезть в нашу семью. Директор сразу взял быка за рога:

- Вы знаете, что ваш сын играет в ресторане?
- Он играет во многих оркестрах. Я не знаю их все.
- Но в ресторане не место подростку. Там люди пьют водку, а он на них смотрит.
- А что он тоже пьет водку?
- Нет! Он там играет в кабацком оркестре.
- Не понимаю, чем Вы недовольны? Ведь мальчик любит музыку!

К моей маме не прилипала грязь, и директор это понял. Когда я провожал маму, то она пыталась у меня выяснить, зачем ее вызывали в школу, на что я ответил: «Мама у нас с тобой хорошая дружная семья и некоторым это не нравится. Не волнуйся, я сам разберусь с директором». Проводив маму, я вернулся к директору.

Разговор пошел сразу в другом ключе:

- Что ты делаешь в кабаке?
- Деньги зарабатываю.
- Переходи в другой кабак и подальше от школы. Или школу не кончишь.
- Понял. Перейду в другой кабак. А в дальнейшем мать не вызывайте. Все равно я глава семьи.
- Хорошо. С тобой говорить проще.

Главой семьи я стал в пятнадцать лет, когда от мамы ушел муж - мой отец. Моя мама всю жизнь была младшенькой, и о ней всегда кто-нибудь заботился. Сначала это были ее папа и мама, потом старшие братья и сестры, а потом муж. Когда мужа не стало, то заботиться о маме стал я. Мама принесла тогда свою зарплату, положила на стол и спросила, как я считаю нужным ее истратить.

Первое, что пришло мне в голову – это купить мне велосипед. Я понимал, что велосипед будет куплен, но я понял, что никогда этого не скажу. Мало того я понял, что детство кончилось и мне стало так тоскливо, что и словами-то не передать. Потом я привык к бремени ответственности за мать, а потом и замечать это бремя перестал.

Еще о моей маме читайте рассказ Арифмометр" ... и о папе Самое умное.

В последующие годы я сделал неприятным посещение нашего дома для людей, которые как-то хотели использовать детское восприятие жизни моей матерью, а ее подруг, похожих на нее, я привозил к нам домой на такси. Мнения обо мне в кругу знакомых моей матери всегда были диаметрально противоположными: от «редкостная сволочь» до «прекрасной души человек».

Что ж обе стороны были правы.




Предыдущий рассказ
Выбираем рояль/Лабух

Следующий рассказ
Болеро Равеля/Лабух


Скачать Теодорычевы байки





























Проверка сайта    
  © t-story.ru   Все права защищены.   teo-story@yandex.ru