Главная     Контакты     Авторские права     Карта сайта     Скачать!!!

Содержание:
  1. Хулиган

  2. Лабух

  3. Студент

  4. Электрик

  5. Уроки физики

  6. Болгария

  7. Кристаллография

  8. Радиокомпонента

  9. Циклон

  10. Алматы

  11. Казахстан

  12. Московские
    истории

  13. Сказ о Циклоне

  14. Инвертор/сценарий

  15. Алексей


Немецкие специалисты

Советское – значит отличное!
Лозунг.

Стопорезная  машина

Стопорезная машина, которую запускали немецкие специалисты.

На КЦХ в Мизии кроме советских специалистов работали и немецкие специалисты, которые запускали стопорезную машину или по-болгарски - немску резачку, завершающую цикл изготовления бумаги. Часть нашей продукции отправлялась потребителям в виде стопы нарезанной бумаги, а не в рулоне. Как легко видеть из названия поставили эту машину педантичные западные немцы. Выглядела эта машина красиво как игрушечка, что резко контрастировало с добротными чугунными станинами советских станков. Общее мнение было, что немецкая техника ненадежна и долго не проработает.

Немцы, которые запускали эту машину, держались несколько отстраненно и высокомерно. Кроме того, их бригадир Артур-Фриц взялся учить болгар экономии. Он собирал по цеху огарки электродов, разнокалиберные болты и гайки, втулки, муфты и еще бог знает что. После недели таких сборов он приволок шесть ящиков с этими сокровищами на склад и потребовал все это принять обратно по описи. Завскладом болгарин как мог более вежливо, то есть не переходя на чистый мат, попытался объяснить Артуру, что все это давно списано и отнесено бухгалтерией на стоимость монтажа. Однако настырный немец все талдычил свое, что мол, все это добротные детали и их можно использовать и, что это он заявляет как высококвалифицированный специалист.

Дикие люди эти немцы. Сказано ведь, что списали – значит списали! Дальше бравые складские ребята выперли немца со склада, а тот не успокоился и настрочил на завсклада жалобу в инвестиционную дирекцию. В дирекции подивились настырности немца, но все же твердо сказали, что нарушать отчетность они не собираются. После всего этого Артур-Фриц неделю ходил по комбинату, сомнамбулически бормоча: «Това е здрава система», - что означало: «Это могучая система, которая может давать прибыль при такой расточительности». Артур-Фриц перестал здороваться с нами и болгарами, чем заслужил прозвище «злой немец».

Еще в немецкой бригаде было два работника Бернт (помоложе меня) и Зигфрид (постарше меня). Бернт был механиком, а Зигфрид был электриком. Собственно стену неприязни между болгарами и немцами разорвали мы с Зигфридом. Немецкий язык я учил три раза: в школе, в институте и в аспирантуре, поэтому языка я не знаю вовсе. Основным коммуникационным языком с немцами у нас был болгарский, в который можно было вставлять до 30% немецких слов, которые я тоже понимал.

Однажды ко мне на подстанцию пришел расстроенный Зигфрид и попросил автоматический выключатель на десять ампер. Видя его горе, я разрешил ему залезть в один из трех здоровенных ящиков, в которых я привез «запчасти». Список запчастей я формировал сам, поэтому их хватало не то чтобы починить какую либо ерунду, но и собрать дополнительно еще несколько систем регулирования. Требуемые запчасти я извлекал из ящика следующим образом. Я ложился пузом на борт ящика и зарывал руку в то место, где лежала коробка с нужной деталью, а затем резко выдергивал искомое. Детали в ящике от этого перемешивались, увеличивая беспорядок, к чему я относился с философским спокойствием.

Зигфрид, видя беспорядок, выложил все детали из ящика на пол, отсортировал их, а затем аккуратно все сложил обратно, неимоверно увеличив детерминизм ящика. В его руках оказался обычный десятиамперный автоматический выключатель. Зигфрид смотрел на него округлившимися от удивления глазами.
- Скажите. А это точно десятиамперный автомат?
- Да.
- А двадцать пять ампер он выдержит?
- Конечно.
- А пятьдесят ампер?
- Выдержит, но надо загрубить токовую защиту.
- А сто ампер?!!!
- Выдержит, но только на переменном токе.

Я сказал это извиняющимся тоном и добавил: «Но в этом случае лучше все же взять двадцатипятиамперный автомат».

Зигфрид был поражен и заявил, что у немцев если написано 10 ампер, то при 11 автомат сгорит. На что я ответил ему формулой: «Советское – значит отличное». Зигфрид запомнил эту формулу и всегда потом демонстрировал это знание, показывая своим очередную советскую штучку.

Оказалось, что Зигфрид не инженер, а электромонтер очень высокой квалификации. Стопорезку собирали на заводе в Германии, инженеры ее настроили и опломбировали. Так что никаких запчастей у Зигфрида не было. Мало того, любая его ошибка, приведшая к выходу из строя оборудования, штрафовалась. Три таких ошибки приравнивались к профессиональной непригодности и Зигфрида могли уволить. Так что я Зигфрида спас и не один раз. А после того, как я заменил разгонное устройство стопорезки на наше советское, Зигфрид стал верить мне как Ленину. Поэтому, когда я сказал, что один из модулей надо перестроить и сорвал фирменную пломбу, Зигфрид даже не посмел мне возразить.

Общаясь с Бернтом и Зигфридом, я стал добавлять в свою речь все больше немецких слов, пока не довел их количество до 100%. Когда Зигфрид объявил Артуру-Фрицу, что я старший научный сотрудник и почти немец, тот стал смотреть в мою сторону одобрительно, но продолжал не здороваться. Ничего не поделаешь, потерянное военное поколение.

Мои отношения с немцами переросли в дружеские, и ребята пригласили меня на день рождения Бернта в ресторан. На следующий день я получил на планерке выволочку с предупреждением, за общение с немцами. Как ни странно меня поддержал наш главный технолог. Он сказал, что без моего участия стопорезку никак не запустить и немцы отсутствие продукции, в конечном счете, спишут на нас. Тогда мне милостиво было разрешено общаться с немцами, но только на территории комбината. Так что я больше на дни рождения не ходил, а пил с ними пиво в «Стекляшке у проходной». Некоторое время мои приятели немцы подсмеивались надо мной, по поводу «Свободного советского строя», но я попросил их не говорить со мной в таком тоне, тем более, что мне нечем на это ответить.

В Болгарии я понял, что электрики – это наднациональная категория людей, объединенных законом великого Ома и еще двумя законами не менее знаменитого Кирхгофа. Кстати именно от меня мои немецкие друзья узнали, что их системы регулирования настроены в соответствии с критериями их соотечественника Кеслера.




Предыдущий рассказ
Георгиев день/Болгария

Следующий рассказ
Телефонная станция/Болгария


Скачать Теодорычевы байки





























Проверка сайта    
  © t-story.ru   Все права защищены.   teo-story@yandex.ru